Место действия – Грузия, время – вторая половина XIX века. Мудрый политик, рачительный управленец и по-военному хозяйственный человек, князь Иванэ Мухранбатони с течением лет отходит от забот высших сфер и погружается в радости и трудности виноделия. Его страсть к этому искусству зародилась во время поездки во Францию и буйным цветом расцвела на благословенной почве земель Бордо и Шампани. А «саженцы» этой любви князь решил привить на собственных землях фамильных поместий Мухрани.

И хотя первый же урожай принес Иванэ Мухранбатони всероссийскую славу, гордый князь жаждал славы мировой. Спустя несколько лет бутылки отправились туда, где зародилась сама идея их создания, - во Францию.

Но могли ли неизвестные вина (как сказали бы сейчас, noname) тягаться с французскими напитками? Каждый из них был овеян славой веков. За каждым тянулась легенда, более или менее – чаще, конечно, менее – похожая на правду. Вот для этого вина виноград собирают вручную на рассвете молоденькие монахини. Вот это, говорят, любил сам Король-Солнце. Ах, это? Это попросила перед казнью бедняжка Мария-Антуанетта. Ну, вы поняли.

И тогда князю пришла в голову идея. На свои собственные средства он нанял десятки французских студентов, велел им заходить в престижные столичные рестораны, заказывать тонкие блюда, а к ним вина – но только и исключительно «Шато Мухрани». Если этих вин не оказывалось в карте ресторана, возмущенные посетители презрительно, как умеют только французы, покидали заведение. Владельцы ресторанов, убедившись после цепочки подобных случаев в том, что вино более чем востребовано, начинали спешно закупать продукцию «Шато Мухрани». Гости, запомнив название напитка и не желая прослыть гастрономическими профанами (что может быть страшнее?!), торопились его попробовать.

Иванэ Мухранбатони добился своего: распробовав внезапно ставшее популярным вино, парижские эксперты отдали ему первый приз на выставке 1889 года. На родине же князь купался в лучах славы, будучи одним из поставщиков Русского Императорского двора. Отличная репутация вин Мухрани сделала грузинские виноградники знаменитыми и позволила грузинскому вину занять своё законное место в мировой винотеке.

Подобная история была и в России. Известно, что в 1864 году коньячных дел мастер Николай Шустов прибегал к подобным приёмам для продвижения армянского коньяка. Когда продукт только поступил в продажу, Шустов тоже нанял несколько десятков студентов, которые ходили по московским питейным заведениям и требовали «шустовский» коньяк. Если такового не находилось, молодежь учиняла скандал с дракой — информация попадала в газеты, создавая вирусный эффект. Через месяц-другой о коньяке Шустова знала вся столица.

Правда эти истории или нет - вопрос другой. Оставим его историкам. Многие считают, что хорошему проекту пиар не нужен, ведь он и так хороший. Практика показывает, что это не так. Сколько по такому ложному суждению действительно гениальных идей оказались в забвении? Сколько великолепных художников были вынуждены растапливать своими полотнами очаги? Возможно, когда-то, однажды, со временем знаменитые напитки и заняли бы свое законное место на пьедестале славы, но как ускорил этот долгий путь к вершине этот простой PR-ход!